home Аналитика, Главные новости АНАЛИЗ АЗЕРБАДЖАНО-ТУРЕЦКОГО АЛЬЯНСА НА ЮЖНОМ КАВКАЗЕ

АНАЛИЗ АЗЕРБАДЖАНО-ТУРЕЦКОГО АЛЬЯНСА НА ЮЖНОМ КАВКАЗЕ

Турция и Азербайджан имеют длительную историю отношений в военной сфере. Еще в 1992 г. страны подписали соглашение о сотрудничестве в области обучения и подготовки вооруженных сил. Турция активно поддерживала и поддерживает Азербайджан в  карабахском конфликте. Она даже присоединилась к экономической блокаде Армении. Второй азербайджанский президент А. Эльчибей (1992-1993 гг.) сделал Турцию основным внешнеполитическим партнером страны, а турецкую модель главным ориентиром государственного развития. Последующие правители Азербайджана, президент Г. Алиев и его сын Ильхам, проводили более сбалансированную внешнюю политику, однако турецкому направлению по-прежнему придавали важное значение. Сформулированный еще в годы президентства Эльчибея лозунг «один народ – два государства» остался важным идеологическим стержнем азербайджано-турецких отношений.

Баку и Анкару объединяют обширные и многоуровневые экономические, политические, культурные и этнические связи. Азербайджан для Турции является важным партнером на Южном Кавказе в особенности в контексте политики неоосманизма и расширения турецкого влияния в мире. В данном контексте Турецкая Республика проводит последовательную протекционистскую политику по отношению к своему «младшему брату». Неоднократно Анкара выступала на стороне Азербайджана в критические для него периоды. Например, во время конфликта между Азербайджаном и Ираном из-за месторождения Алов в 2001 г. Турция была единственным государством, которое оказало Баку не только мощную дипломатическую, но и военную поддержку. Прибытие в Баку турецкого элитного эскадрона истребителей F-16 фактически положило конец иранским претензиям на оспариваемое месторождение.

В 1990-2000-е гг. Турецкая Республика принимала активное участие в модернизации и снабжении азербайджанской армии. Будучи членом Североатлантического альянса и важным военным партнером США на Ближнем Востоке, Турция играла роль в переформатировании и перевооружении азербайджанских вооруженных сил под стандарты НАТО. Для присоединившегося в 1994 г. к программе НАТО «Партнерство ради мира» Азербайджана подобное взаимодействие рассматривалось важным элементом политики, нацеленной на вхождение в евроатлантическую зону безопасности. Курсанты из Азербайджана проходили подготовку в турецких военных лагерях, в том числе в условиях реальных боевых действий против курдов в Восточной Анатолии. Азербайджанский миротворческий батальон в составе турецких сил принимал участие в операциях в Югославии в 1999 г. и Ираке в 2003 г. в составе турецких вооруженных сил. На протяжении 2000-х гг. представители турецкого ВПК пытались расширить собственную долю в азербайджанских военных закупках и добились некоторых успехов, хотя заметно уступали поставщикам из Украины и России.

Качественно новый этап военного сотрудничества между Турцией и Азербайджаном начался в 2010 г., когда страны подписали соглашение о стратегическом партнёрстве и взаимопомощи. Данный договор закрепил достигнутый уровень военного сотрудничества между Азербайджаном и Турцией и возвел его в ранг стратегического партнёрства. Баку и Анкара договорились взаимодействовать в сфере подготовки и переподготовки военных кадров и модернизации армии для участия в совместных военных операциях и регулярно проводить совместные военные учения. Главным же достижением азербайджанских и турецких дипломатов стало формальное закрепление пункта об оказании друг другу содействия в случае агрессии со стороны третьих стран.

Однако при всей важности соглашения 2010 г., по оценкам экспертов, его нельзя считать полноценным договором в области обороны и безопасности, поскольку он определил лишь общие контуры военно-технического сотрудничества Азербайджана и Турции по ограниченному кругу вопросов. Значение его было в больше степени психологическим, если вспомнить, что принят он был по инициативе азербайджанской стороны в условиях беспомощности основных игроков на Южном Кавказе во время конфликта в Южной Осетии и Абхазии.

После подписания соглашения 2010 г. на регулярной основе стали проходить встречи высшего военного командования Турции и Азербайджана и совместные учения вооруженных сил стран. Заметная активизация азербайджано-турецкого диалога в военной сфере привлекла к нему внимание Грузии. В 2012 г. грузинские вооруженные силы впервые приняли участие в азербайджано-турецких учениях. Позднее Азербайджан, Грузия и Турция решили укрепить и расширить свой союз, создав механизмы для проведения регулярных совместных консультаций и мероприятий. Так, в августе 2014 г. между ними была достигнута договоренность о создании нового дипломатического формата – трехсторонней встречи министров обороны Азербайджана, Грузии и Турции, которая проводится дважды в год. Помимо этого, стороны решили придать регулярную форму совместным учениям и условились устраивать их ежегодно в начале лета.

Присоединение Грузии к азербайджано-турецкому военному сотрудничеству также является закономерным и исторически обусловленным фактом. С 1990-х гг. Грузия является значимым экономическим и торговым партнером, как для Азербайджана, так и для Турции. Страны связывает несколько стратегических инфраструктурных проектов – нефтепроводы Баку-Супса, Баку-Тбилиси-Джейхан и газопровод Баку-Тбилиси-Эрзерум, спонсорами и идейными вдохновителями которых являлись США, ключевой партнер для всех трех государств. Кроме того, Баку, Тбилиси и Анкара активно работают над перспективными проектами Трансанатолийского и Трансадриатического газопроводов, которые в перспективе должны стать одним из альтернативных каналов поставок газа в Европу в рамках политики ЕС по диверсификации импорта энергоносителей. Не менее важным для экономик трех стран является проект железной дороги Баку-Тбилиси-Карс, который свяжет побережья Каспийского и Средиземного морей. Вдобавок ко всему, так же, как и Азербайджан, в 1994 г. Грузия присоединилась к программе НАТО «Партнерство ради мира.

В отличие от многих региональных инициатив подобного уровня диалог Азербайджана, Грузии и Турции устойчиво развивается и выходит на новые уровни взаимозависимости. С 2014 г. между министрами обороны стран состоялось пять встреч, первая из которых прошла 19 августа 2014 г. в Нахиджеване, что имело важное политическое значение в контексте армяно-азербайджанского конфликта. В результате встреч министров обороны стран были конкретизированы сферы и направления сотрудничества между Азербайджаном, Грузией и Турцией, найдены наиболее важные проблемы для трёхстороннего диалога – региональная безопасность, обеспечение территориальной целостности стран, охрана инфраструктуры, противодействие терроризму, кибербезопасность. В соответствии с принятой моделью ежегодно страны проводят совместные учения «Кавказский орел», в которых принимают участия войска особого назначения каждой из стран. Постепенно главной целью военных маневров Азербайджана, Грузии и Турции стала отработка модели обороны важных стратегических инфраструктурных объектов, прежде всего трубопроводов. Параллельно с сотрудничеством в военной сфере министры иностранных дел Азербайджана, Грузии и Турции также проводят регулярные встречи, главной темой которых является экономическое взаимодействие стран и развитие совместных инфраструктурных проектов.

Однако при всех позитивных аспектах трехстороннего сотрудничества Азербайджана, Грузии и Турции шансы на то, что оно перерастет в полноценную региональную военно-политическую организацию или, по крайней мере, в монолитный стратегический альянс с едиными долгосрочными целями и задачами, минимальны.

Во-первых, хотя главным идеологическим основанием трехстороннего союза является тезис «несмотря на наши различия, мы едины», внешнеполитические цели Азербайджана, Грузии и Турции слишком отличаются друг от друга. Евроатлантизм Грузии, нейтральность Азербайджана и экспансионизм Турции сложно сочетаются даже при наличии общих интересов в энергетической сфере. Кроме того, если Анкара готова поддерживать Баку в карабахском конфликте, то Грузию связывают с Арменией тесные экономические контакты, которыми она не готова рисковать ради обеспечения целостности трехстороннего формата. С другой стороны, Азербайджан удовлетворяет до 80 % потребности в вооружениях за счет поставок из России и на данный момент не намеревается серьезно менять свою структуру импорта в интересах Турции.

Во-вторых, стратегический союз Азербайджана, Грузии и Турции является крайне неравновесным. Турецкая Республика превосходит своих партнеров в экономическом и в военно-политическом отношениях и при этом не скрывает своих экспансионистских амбиций. С большим недоверием Баку и Тбилиси относятся к инициированной президентом Эрдоганом консервативной революции в стране, что создает серьезные препятствия для более тесной интеграции.

Наконец, в-третьих, экономические проекты, которые служат фундаментом для азербайджано-грузино-турецкого союза, на данный момент переживают большие трудности. Азербайджан, чьи ресурсы являются основным экспортным товаром в совместных инфраструктурных проектах Баку, Тбилиси и Анкары, последние пять лет сталкивается с серьезными проблемами в энергетической сфере. Сокращающийся уровень нефтяной добычи едва позволяет поддерживать рентабельность уже действующих трубопроводов. Дополнительная нагрузка может оказаться для азербайджанской энергетики непосильной ношей. Данную проблему в перспективе можно решить за счет разработки новых месторождений в азербайджанском секторе Каспийского моря или привлечения к трехсторонним проектам Азербайджана, Грузии и Турции Туркменистана или Казахстана, однако в условиях низких цен на нефть и дорогостоящей нефтедобычи на Каспии подобный сценарий является крайне отдаленной и туманной перспективой.

При этом недооценивать влияние союза Азербайджана, Грузии и Турции на кавказскую систему безопасности, в особенности в контексте внешнеполитических интересов России, также не стоит. Страны настойчиво дают понять, что они заинтересованы в существовании подобного трехстороннего формата и будут поддерживать и развивать его пусть и по ограниченному кругу проблем. И даже существующие направления и сферы сотрудничества порождают целый ряд угроз региональной безопасности и стабильности.

Во-первых, сама идеология создания через территорию Азербайджана, Грузии и Турции альтернативных маршрутов поставок углеводородов с перспективой привлечения к данным проектам Туркменистана и даже Казахстана является серьезным вызовом российским экономическим интересам и входит в прямое противоречие с продвигаемыми ей проектами, в частности проектом трубопровода Турецкий поток. Обострение экономической конкуренции между Азербайджаном, Грузией и Турцией, с одной стороны, и Россией, с другой, неминуемо приведет к политическим конфликтам и росту взаимного недоверия. Стоит также отметить, что одновременное участие Турции и в российских и в конкурирующих с ними энергетических проектах вносит в и без того сложные российско-турецкие отношения дополнительное недоверие и враждебность.

Во-вторых, однозначная военно-политическая и дипломатическая поддержка Турцией Азербайджана позволяет ему гораздо свободнее действовать в диалоге с Арменией, что серьезно нарушает хрупкий баланс в карабахском конфликте и порождает угрозу возобновления военных действий. Не случайно за последние годы в зоне армяно-азербайджанского соприкосновения участились военные провокации, а в апреле 2016 г. и вовсе произошел четырёхдневный военный конфликт. В этой связи укрепление военно-политического союза Азербайджана и Турции препятствует дипломатическому решению карабахской проблемы и отодвигает ее на неопределенный срок.

В-третьих, координирующая роль Турецкой Республики, как важного участника военно-политического блока НАТО, придает союзу Азербайджана, Грузии и Турции боле широкое геополитическое значение. В контексте недавних событий, в частности расширения НАТО за счет вступления в него Черногории и принятие украинским парламентом стратегической линии на присоединение к Североатлантическому альянсу, азербайджано-грузино-турецкому диалогу в перспективе может быть придан новый статус очередного этапа расширения блока НАТО с целью его проникновения в зону особых интересов России и ОДКБ.

Таким образом, при всех слабостях и недостатках военно-политический союз Азербайджана, Грузии и Турции является значительным фактором в системе международных отношений на Южном Кавказе и создает целый ряд угроз стабильности региона, которые требуют тщательного внимания со стороны основных региональных игроков.